Гессурский изгнанник

Три года Давид преследовал Авессалома. Три года изгнания. Покровитель превратился в противника. Любимый сын стал ненавистным врагом. Сыновья – беглецы, потому что отцы – ловцы. По причине умножения беззакония охладевает любовь, и начинается затяжная гражданская война. Авессалом мучительно ожидал развязки. Подчас приходила усталость и отчаяние: "Ну, сколько можно вздрагивать от каждого стука в дверь, просыпаться в холодном поту от ночных кошмаров, произносить со страхом имя отца. Три года быть затравленным зверем, живой мишенью! Боже, когда это все закончится?! Отец Небесный, вразуми моего отца!"
Скажите, кто может утешить и помочь человеку, если от него отвернулись все, даже родители?
Одиночество разъедает жизнь, калечит судьбу, рождает бессмысленность и разочарование.
Отцы, не раздражайте детей ваших, чтобы они не унывали. Перекуйте мечи на орала. Прекратите свою погоню. Простите своих детей. "Смиритесь под крепкую руку Божью, и Он вознесет вас в свое время" (1 Пет. 5:6). Подумайте о своем завтрашнем дне. Закон бумеранга реален. Если родители мстят своим детям, рано или поздно дети будут мстить своим родителям. В ЭТОМ МИРЕ БЕССЛЕДНО НИЧЕГО НЕ ПРОХОДИТ.
Когда родители бросают своих детей на произвол судьбы в родильных или детских домах, в интернатах, то кого винить, если впоследствии самим родителям придется коротать одинокую старость в доме инвалидов или в доме престарелых?
Брошенные дети и брошенные родители – две стороны одной медали.
Я верю в справедливые Божественные законы. Если ты избавляешься от детей, дети избавятся от тебя. Если родители посеют интернат, то пожнут дом престарелых. Но если они посеют любовь Божью, то пожнут Царство Божье и славу Божью!
 
"И не стал царь Давид преследовать Авессалома; ибо утешился о смерти Амнона" (2 Цар. 13:39).
 
Как много требуется времени, чтобы страсти улеглись, месть угасла и пришел здравый смысл. "И заметил Иоав, сын Саруи, что сердце царя обратилось к Авессалому" (2 Цар. 14:1).
Все заметили, что царь изменился, стал мягче, спокойнее, доступнее. Бог слышит молитвы. Бог изменяет обстоятельства. Семейные дрязги и неурядицы легли тяжелым бременем не только на Давида, но и на всех его помощников. "Страдает ли один член, страдают с ним все члены" (1 Кор. 12:26).
Когда в отношениях с Авессаломом произошло потепление, все облегченно вздохнули. Давид был способен к переменам. К каждому человеческому сердцу у Бога есть индивидуальный ключ. Таким персональным ключом к сердцу Давида стала притча. Ее использовал Нафан – пророк, чтобы открыть сердце царя для покаяния. Тот же ключ Господь дал Иоаву для того, чтобы вернуть Авессалома из далекого Гессура. Ключ уверенно провернулся в скважине. И вновь сердце Давида открылось. На сей раз – для собственного сына.
 
"И сказал царь Иоаву: вот, я сделал по слову твоему; пойди же, ВОЗВРАТИ ОТРОКА АВЕССАЛОМА... И встал Иоав, и пошел в Гессур, и привел Авессалома в Иерусалим" (2 Цар. 14:21, 23).
 
Как важно, чтобы рядом с нами находились правильные гребцы, достойные люди, верные и преданные помощники. Иоав переживал за Авессалома как за своего собственного сына. О, как хотелось хоть чем-то помочь, вновь увидеть вместе и отца, и сына. Достойный генерал, достойный заместитель. "Блаженны миротворцы, ибо они будут наречены сынами Божиими" (Мф. 5:9).
Дорога в Гессур показалась короткой. Лошади мчали во весь опор. И вот знакомый переулок. Иоав с нетерпением ждал встречи. Он вошел без стука: "Авессалом, я от Давида. У меня хорошие новости. Ты можешь возвращаться домой. Кризис миновал. Отец ждет тебя. Он простил тебя. Он любит тебя. Время заточения прошло!". Иоаву так хотелось выдать желаемое за действительное! Он не жалел красок: "Авессалом, все будет хорошо. Три года – большой срок. Время берет свое. Раны уже затянулись. Отец утешился. Ну, с кем из нас не бывает? Собирайся и поехали!".
Авессалом не верил своим ушам. "Неужели все закончилось? – мысли буквально роились в его сознании. – О, я упаду к ногам своего отца, раскаюсь во всем, что совершил – и против Бога, и против него, и против Амнона. Как трудно носить тяжесть вины греха. Я брошусь ему на шею и скажу: "Прости, отец, я осознал все. Так жить нельзя. Давай начнем все сначала. Прости и благослови".
Сыновнее сердце трепетало в предвкушении встречи. Как оно истосковалось без отцовской любви и материнской ласки! "Хорошо, Иоав. Спасибо. Я возвращаюсь. Я готов". После недолгих сборов они пустились в обратный путь. 


Обратная связь | Использование материалов | Для правообладателей Copyright © 2010 - 2015 - Literator.org.  Все права защищены.