Дождь

На следующее утро Вилли встал, как всегда, рано. Мисси проснулась вместе с ним, но продолжала лежать в постели и наблюдала за мужем. «Он все еще находится под впечатлением от вчерашнего разговора», — заметила молодая женщина.
 
Сквозь неплотно сомкнутые ресницы она смотрела, как Вилли собирается. Надел серую шерстяную рубашку, застегнул ее на все пуговицы, от пояса до шеи, ловко заправил в хлопчатобумажные брюки. Почувствовав, что Мисси наблюдает за ним, Вилли взглянул на жену и радостно улыбнулся. Она открыла глаза.
 
— Поспи еще немного, дорогая.
 
Мисси сонно улыбнулась и, потягиваясь, то ли проговорила свое раздумье вслух, то ли спросила мнение мужа:
 
— Если день жаркий, мне, наверное, лучше сменить юбку на тонкую, из хлопка, а?
 
— Лучше, конечно, — согласился Вилли.
 
Он сейчас справлялся с подтяжками. У двери натянул на ноги высокие, из телячьей кожи сапоги и отправился готовить упряжку к дороге. Вилли шел своим упругим шагом, в приподнятом настроении. Его привычное посвистывание было особенно беспечным. «Вилли счастлив, что у нас будет ребенок», — услышав, как весело он насвистывает, Мисси расплылась в улыбке.
 
Через четыре дня они будут у Большой реки. Для Мисси это означало, что через четыре дня путь назад, к родному дому будет отрезан. «Я не должна расстраивать мужа», — попыталась она прогнать меланхолию. Стараясь отвлечься, Мисси занялась домашней работой. Ей вспомнилась Бекки, и захотелось поскорее открыть свой секрет подруге. Мисси представила, как удивится и обрадуется Бекки и как они станут обсуждать общие для них обеих проблемы.
 
В это утро Вилли чаще обычного останавливал упряжку — чтобы Мисси спустилась из фургона и прошлась пешком или, наоборот, чтобы посадить ее в фургон, когда она достаточно прогулялась. Шла ли Мисси по дороге возле фургона или сидела на скамье рядом с Вилли, они не переставали перебрасываться веселыми репликами и улыбаться друг другу. Мисси чувствовала себя сегодня так хорошо, что могла бы пройти много больше, но не решалась противиться воле мужа.
 
В полдень на горизонте появились темные грозовые тучи, которые гнал порывистый ветер. Из всех фургонов выглядывали встревоженные путники и смотрели в сторону, откуда шли тучи. Было ясно, что грозы не миновать, и оставалось лишь надеяться, что она не продлится долго. Животные, чувствуя приближение грозы, вели себя нервно, лошади фыркали и брыкались.
 
Потихоньку начал накрапывать дождь. Женщины и дети спрятались в фургоны, а мужчины, накинув плащи, продолжали править лошадьми. Но зловещие темные тучи все приближались и скоро нависли над обозом. Хлынул ливень.
 
Лошади выбивались из сил, вытаскивая колеса тяжелых фургонов, которые вязли в размокшей дорожной колее. Во многих упряжках счастливые обладатели дополнительных лошадей или волов уже использовали свой резерв. За продвижением фургонов внимательно следили проводники, разъезжавшие вдоль всего обоза. И неприятное происшествие не заставило себя ждать. Когда спускались по крутому скользкому склону, один из идущих впереди фургонов ударился колесом о большой камень. Деревянные спицы колеса с треском разлетелись, фургон резко накренился и повалился на бок, но, к счастью, не перевернулся. Насмерть перепуганные лошади чуть было не понесли, и хозяину фургона мистеру Колли удалось сдержать их с большим трудом. Пришлось всем следовавшим сзади упряжкам объезжать поврежденный фургон по скользкому каменистому склону. Когда последняя упряжка благополучно спустилась с холма, мистер Блейк со вздохом облегчения объявил привал. За эти несколько дней обоз прошел больше, чем он рассчитывал, и потому нет необходимости торопиться. Большая река подождет.
 
Фургонам, уже основательно промокшим, вновь была дана команда выстраиваться в круг. Измученных лошадей выпрягли и отпустили пастись. Как только круг был замкнут, несколько мужчин отправились помогать попавшей в беду семье мистера Колли. Под проливным дождем старались они приподнять завалившийся набок фургон, подсовывая под него камни и куски бревен. Но сдвинуться с места фургон не мог — надо было чинить колесо. Мистеру Колли и его семье предстояло провести ночь в отдалении от обоза.
 
Не став дожидаться, пока вернутся Вилли и Генри, Мисси, плотно закутавшись, пошла поискать дров для костра. Вблизи фургонов с той же целью бродили другие женщины и дети, но с сухими дровами дело, увы, было худо. Дождь похозяйничал вволю. Все издали казавшееся Мисси подходящим для костра на поверку было скользким и мокрым.
 
— Тому, кто впереди всех идет за дровами, имя бревно, — послышался рядом знакомый голос. Мисси невольно улыбнулась: «Ну, когда есть две воительницы, война не прекращается».
 
Только предусмотрительной миссис Шмидт не было нужды принимать участие в унылых поисках — под сиденьем фургона у нее был внушительный запас сухих дровишек. Мисси поражалась сама себе: почему ей не пришло в голову запасти дров? Так ведь просто. Наконец она набрала более или менее сухих деревяшек, которых должно хватить, чтобы разогреть еду, и, с трудом вытаскивая ноги из грязи, пошла обратно к фургону.
 
Дрова ни за что не хотели разгораться. А когда Мисси все-таки удалось разжечь костер, пришлось непрерывно шевелить их, поддерживая пламя, которое все время норовило угаснуть. Огня хватило лишь на то, чтобы разогреть тушеное мясо. Кофе так и не захотел закипеть. Но продрогшим путникам и не очень горячий кофе пришелся по вкусу.
 
Без особого энтузиазма Мисси вымыла посуду после ужина, и они сразу забрались в свой дом на колесах. Наконец-то можно было снять мокрую одежду и надеть что-нибудь сухое и теплое. Ложиться спать не хотелось, хотя за этот напряженный день они порядком устали. Вилли зажег керосиновую лампу и устроился рядом, собираясь почитать журнал, а Мисси достала вязанье. Но руки у нее были холодные, и получалось плохо. Отложив вязанье, она натянула на себя одеяло, чтобы согреться. Вилли оторвался от журнала. Его снова охватило беспокойство.
 
— Замерзла? Еще не хватало, чтобы ты простудилась. Давай-ка я тебе помогу. — Вилли тщательно подоткнул жене одеяло. — Я схожу к кострищу, поищу горячий камень. Положим тебе в ноги.
 
— Пожалуйста, Вилли, не выходи, там дождь, — умоляла Мисси. — Мне уже не холодно. Я надену твои шерстяные носки, и ноги сейчас согреются. — Она быстро натянула носки.
 
Засыпать еще рано, но вылезти из постели не позволит Вилли, поэтому Мисси уютно свернулась калачиком под одеялом, постепенно озноб начал проходить, и томная дремота окутала молодую женщину.
 
Вилли прочитал свой журнал и взялся за книгу «Путешествие пилигрима» 3. Это был основательный том в кожаном переплете, подарок учеников Мисси.
 
— Будь добр, почитай вслух, — сонно пробормотала жена.
 
Вилли начал читать, его голос и события знакомого повествования убаюкивали Мисси. Ощущение счастья не оставляло молодую женщину, и ее сердцу сладостно было знать: «Все будет хорошо».
 
Так незаметно прошел вечер.
 
Дождь меж тем не переставал. Капли мерно падали и падали на парусиновую крышу. Перед сном Вилли тщательно проверил, нет ли где щелей и чтобы в их маленьком убежище ниоткуда не дуло, лишь после лег в постель. Едва его голова коснулась подушки, как Мисси услышала равномерное сопение мужа. «До чего же он легко засыпает, мне бы так», — вздохнула молодая женщина.
 
Мисси лежала и слушала однообразный шум дождя. И снова ее мысли очутились в родном доме. Вот она, свернувшись под лоскутным одеялом, сделанным руками мамы, лежит в кровати и слушает, как дождь колотит в окошко. Звук дождя ей всегда нравился. Но сегодня дождь был некстати. Мисси зябко поежилась и придвинулась поближе к мужу. Она благодарна ему за душевную чуткость и теплоту. На него можно положиться, с ним можно быть уверенной в завтрашнем дне.
 
* * *
Когда Мисси утром проснулась, дождь все еще шел. Везде стояли лужи, с парусиновых крыш фургонов стекали струйки воды, в воздухе было сыро. Мисси, размышляя, как быть с костром, собиралась выбраться из фургона, но оказалось, что Вилли уже развел костер и приготовил кофе и блинчики. Несмотря на шумный протест Мисси, он охотно подал завтрак в фургон.
 
— Нет смысла нам обоим мокнуть и простужаться, — резонно заметил Вилли. — Знаешь, мистер Блейк пока не решил, двигаться нам вперед или остаться здесь еще на одну ночь.
 
Все знали: мистер Блейк боится, что из-за дождей уровень воды в Большой реке поднимется и тогда переход через нее станет невозможным. Поэтому никто не удивился, когда глава обоза все-таки велел упаковывать вещи и трогаться в путь — несмотря на непролазную грязь.
 
Вилли, уже насквозь промокший, забрался на скамью и понукал упирающихся лошадей. Фургоны выстраивались в колонну.
 
— Усядься там поудобнее, Мисси, и не показывай на улицу носа, — попросил Вилли жену.
 
Обоз продвигался с трудом. Фургоны увязали в глубокой грязи, колеса то скользили, то застревали в вязкой жиже, и приходилось время от времени счищать с них прилипшие комья грязи. Уже через несколько часов выдохлись и возницы и лошади. В одной из упряжек в конец изможденная лошадь упала, ее поднимали долго, с большим усилием, и тут уже мистер Блейк объявил привал: в таких условиях ехать невозможно.
 
Заскрипев, фургон неожиданно остановился, и Мисси сжалась под одеялом, не зная, пугаться ей или радоваться.
 
— Приехали! — сунул голову в фургон Вилли. — Будем ночевать здесь.
 
Дождь немного поутих. Плотно укутавшись, Мисси вновь отправилась на поиски дров и скоро уже сидела над кучкой мокрых деревяшек, которые ни за что не хотели загораться. Слезы медленно катились по щекам, Мисси едва сдерживала рыдание, но за спиной у нее вырос Вилли и сам взялся за дело. Для начала он велел жене переодеться во все сухое.
 
Возле фургона миссис Шмидт костер пылал так жарко и весело, словно собрал языки пламени со всего лагеря. Здесь Вилли и отважился попытать счастья.
 
— Рад приветствовать вас, миссис Шмидт, — сказал он с легким поклоном. — Вы несомненно самая запасливая дама в нашем лагере, и потому я рискну спросить: не найдется ли у вас немного горячей воды?
 
Польщенная просьбой, миссис Шмидт расплылась в улыбке и не без некоторого самодовольства поделилась кипятком.
 
Чай был заварен. Устроившись в фургоне, Мисси, Вилли и Генри с наслаждением пили горячий бодрящий чай с печеньем.
 
Меж тем дождь не унимался. Мисси ничего не оставалось, как снова взяться за вязанье, а Вилли ремонтировал сбрую. Закончив починку, он от делать нечего принялся за журнал; еще один номер вскоре был прочитан. Тогда Вилли достал большой том Джона Буньяна и начал было читать, однако вспомнив, что нужно проверить лошадей и коров, снова выскочил под дождь. После ухода мужа Мисси заскучала. День тянулся медленно и нудно. Она уже собиралась выбраться наружу, когда услышала голос Вилли, и через минуту он сам стоял в дверях с малышкой Мэгги на руках.
 
— Фургон Коллинзов протекает, — принес новость Вилли. — Там нет сухого места, негде уложить детей спать. Держи Мэгги, а я сейчас схожу за мальчиком.
 
Вернулся Вилли скоро, на этот раз на руках у него был Джо, завернутый в какие-то шерстяные тряпки. Мисси занималась Мэгги, а Вилли принялся развлекать мальчика — они вместе строили домик из дощечек, пока не надоело.
 
— Дай-ка я почитаю тебе «Путешествие пилигрима», — решил как лучше Вилли.
 
Малыш Джо вряд ли мог понять, о чем рассказывается в книге, но вслушивался он старательно. А Мисси в это время нянчила малышку, укачивала ее, убаюкивала, и вскоре ребенок сладко заснул. Тогда втроем они взялись строить домик из камешков.
 
Дом не был достроен — Сисси Коллинз пришла проведать деток и покормить малышку. Оставив женщин одних, Вилли отправился прогуляться по лагерю, посмотреть, не нужна ли кому-нибудь еще его рука помощи.
 
Вечером молодая семья допила теперь уже холодный чай с печеньем. Вилли перебрался в фургон к Генри, а Сисси со своими малышами осталась у Мисси.
 
«Когда же этот дождь наконец прекратится. Неужели и завтра он будет лить?» — думала Мисси, засыпая под шум дождя.
 
И верно, назавтра все было то же самое. Временами, правда, дождь ослабевал и чуть моросил, но затем принимался поливать с новой силой. В один из редких перерывов, когда дождь затих, Мисси набросила шаль на плечи и вышла на воздух. Ей уже опостылело сидеть в четырех стенах своего фургона. Но пойти-то в общем было некуда, везде вода. В разлившемся вокруг фургонов озере виднелись лишь отдельные островки сухих клочков земли. Мисси постояла, подумала — и, была не была, пошлепала по лужам.
 
В лагере меж тем четко обозначились две проблемы — дрова и протекающие крыши. Потек не только фургон Коллинзов, но и другие домики на колесах. Людям приходилось тесниться и устраиваться по две семьи в одном фургоне.
 
А дрова закончились даже у миссис Шмидт. Мужчины отправлялись на поиски дров далеко от лагеря и в разных направлениях, но эти попытки результата не принесли. В конце концов было решено натянуть тент и разводить под ним один костер для всех. Три или четыре хозяйки, когда подходила их очередь, одновременно готовили горячую пищу для своих семей.
 
Но вот что дождь не сумел загасить, так это вражду двух воительниц, которая имела вполне положительное воздействие на окружающих. Возмущенные вопли миссис Пейдж и находчивое парирование миссис Тутл часто служили единственным развлечением для путников. Если бы не эти веселящие всех баталии, можно было, казалось, сойти с ума от унылого дождливого однообразия.
 
На пятый день небо понемногу прояснилось, и солнечные лучи пробились к промокшему несчастному обозу.
 
Люди сразу высыпали из фургонов и начали развешивать одежду и одеяла на просушку. Кругом, куда ни посмотри, стояли лужи. Да, не один день уйдет на то, чтобы вода испарилась, и еще больше времени потребуется, чтобы просохла земля. Лишь тогда можно будет двигаться дальше.
 
Спускаясь по ступенькам фургона и созерцая разлившуюся вокруг воду, Мисси ахнула: «Я совсем как Ной. Везде эта вода. А как хорошо было, когда под копытами лошадей поднималась пыль и люди шли по сухой дороге. Скорее бы снова в путь!»
 
Мистеру Блейку, конечно, тоже очень хотелось тронуться с места, но его многолетний опыт подсказывал, что нет смысла ехать по грязи. «Все равно Большая река от дождей поднялась и перейти ее сейчас невозможно. Придется подождать, — объявил он и многозначительно добавил: — Отъезд задерживается, но этим решением мы снимаем сразу несколько проблем. Тише едешь — дальше будешь».
 
«Что имел в виду мистер Блейк? — удивлялась Мисси. — И когда мы теперь прибудем на место?» Но что бы ни было, отныне первой своей обязанностью молодая женщина считала поиск дров. Затем их нужно высушивать на солнце. Обстоятельства больше не застанут ее врасплох.


Обратная связь | Использование материалов | Для правообладателей Copyright © 2010 - 2015 - Literator.org.  Все права защищены.