Обитель язычества. Глава 7. Забытый Дом

Татьяна Осокина

            Рассвет нового дня робко забрезжил в своей светло-розовой красе, когда Соломон открыл один глаз. И тут же его закрыл. Ему не хотелось окончательно просыпаться. Всю ночь ему снились сны, тревожащие его дух и не желающие оставлять его при пробуждении. Он отлично помнил их, полных крови, стонов и боли. С одной стороны, он был рад, что все это происходило с ним не наяву, но с другой, воспоминания о них были нелегки. Он мечтал заснуть снова, погрузившись в другой, розовый мир снов его юности...Но эти прекрасные видения давно оставили его, и не было надежды, что они когда-либо возвратятся.
            Все же, сделав над собой усилие, Соломон открыл глаза. Он не был рад новому дню. Ни на что не было желания. Он чувствовал себя грязным. Как будто его долго валяли в навозе, а после еще и притрусили сверху мусором: очистками и гнилыми отбросами. Его царское тело всегда было свежим и ароматным, и он никогда не мог предположить, что у него появятся столь отвратительные ощущения к самому себе! «Надо принять ванну и выйти в сад», – мелькнула привычная мысль. «Не поможет», – тут же прозвучал отклик, исшедший из самой глубины его естества. Он понял, что это был голос его совести.
            Многие годы он услаждал свое тело всеми известными, а также малоизвестными способами. Он не возбранял ему ничего! Плотские удовольствия наполнили его жизнь до краев... Отчего же нет больше розовых снов? Отчего его покинула мудрость? Уж не покинул ли его вместе с нею Сам Бог? Соломон почувствовал себя совсем плохо, тем не менее, кряхтя, он поднялся со своего великолепного, но опостылевшего ему, ложа.
            Он превратился в тирана. Народ его ненавидит. Он стал идолопоклонником и убийцей. На языческих алтарях своих многочисленных жен он одобряет принесение в жертву младенцев. Докатился! Скатился на самое дно. И заметил это по-настоящему лишь сейчас.
            Как трудно и как стыдно возвращаться! Как больно вспоминать... сначала мелкие уступки, потом большие... которые затем перерастали в пороки. А жизнь уже прожита. Заново ее не начать. И все же что-то еще можно успеть сделать...
 
           
           Тронный зал стал первым свидетелем покаяния царя Соломона.
            – Призываю Иегову во свидетели! Я, царь Соломон, избранный Им продолжить дело Давида, отца моего, не оправдал оказанного мне доверия! Все последние годы я грешил и порочил Его святое имя. Я научил грешить и вас, моих подданных. За что прошу меня простить... – с этими словами Соломон низко опустил голову. Он стоял в простом, грубого плетения, хитоне перед полным залом, заполненным внимательными и неимоверно удивленными слушателями. – Где моя мудрость? Она была отнята у меня за непослушание. Бог не терпит идолопоклонства!! Это мерзость! Вы слышите?! Мерзость!! – Голос Соломона зазвучал очень громко, но было заметно, что он расходовал последние силы. – Вы слышите? – повторил он уже тихо и жалобно. – Умоляю, опомнитесь... Возвратимся к Господу! Начнем служить только Ему в чистоте сердца, творя добро...
            Эти слова стали последними его словами, произнесенными в тронном зале. После этого Соломон слег в постель. Силы быстро покидали его, но он был намерен прожить достойно остаток своих дней. Вынужденное уединение дало возможность оставить что-нибудь для потомков. И Соломон взялся описывать то, что пережил: «Я, Екклесиаст, был царем над Израилем в Иерусалиме... Видел я все дела, какие делаются под солнцем, и вот, все – суета и томление духа!... Я предпринял большие дела... Собрал себе серебра и золота и драгоценностей от царей и областей... И сделался я великим и богатым больше всех, бывших прежде меня в Иерусалиме; и мудрость моя пребыла со мною... Чего бы глаза мои ни пожелали, я не отказывал им; не возбранял сердцу моему никакого веселия... И оглянулся я на все дела мои, которые сделали руки мои, и на труд, которым трудился я, делая их: и вот, все – суета и томление духа, и нет от них пользы под солнцем!» (Еккл. 1:12,14; 2:4,8-11).
            Книга продвигалась медленно, горький опыт не давал покоя, но Соломон не торопился, зная, что Господь даст ему нужное время, чтобы что-то исправить. «Есть мучительный недуг, который видел я под солнцем: богатство, сберегаемое владетелем его во вред ему. И гибнет богатство это от несчастных случаев: родил он сына, и ничего нет в руках у него. Как вышел он нагим из утробы матери своей, таким и отходит, каким пришел, и ничего не возьмет от труда своего... Какая же польза ему, что он трудился на ветер?» (Еккл. 5:12-15).
            Как отличалась эта книга от притч, которые были написаны им в лучшую пору его жизни, пору послушания Господу.
 
           
            В один из дней к Соломону как

Ваша оценка: Нет Средняя: 1 (2 голоса)

Обратная связь | Использование материалов | Для правообладателей Copyright © 2010 - 2015 - Literator.org.  Все права защищены.