Прикосновение

Синькевич Тамара Васильевна
Прикосновение

Санкт-Петербург.
    Настал день моего отъезда. Вот уже собраны и упакованы вещи, взрослые одеты, Давидик в коляске. Еще несколько минут и мы, попросив у Господа благословения, направились к выходу, но в дверь постучали. Старший внук прибежал со школы. У него, как оказалось, в раздевалке украли куртку.
    —  Мамочка, — говорит дочь, — я сейчас, я быстренько, школа рядом. Я только заявление отнесу директору.
    Она убежала, а я, как бы мимолетно пропустила через себя мысль, что это какая-то маленькая преграда.
    —  Ну ничего, время есть еще в запасе, — подумала я.
    Дочь действительно быстро возвратилась и мы отправились на платформу. По расписанию в 16.30 должна быть электричка, которой я должна была уехать. Но она почему-то не пришла. Я снова подумала о втором препятствии, и хоть времени еще было достаточно, я все же слегка была огорчена не утечкой времени, а последовавшими одно за другим препятствиями. Они могли бы о чем-то говорить, но я пока ни о чем не задумывалась. Через 15 минут подошла следующая электричка. Распрощавшись с детьми, я уехала.
    Сидя в вагоне, в моей голове одна за другой проносились разные мысли. Вспомнились радостные сердцу общения с детьми Божьими — братьями и сестрами. Вспомнились моменты, когда в трепетном упоении мы склонялись над младенцем Давидиком, когда его купали или когда улыбался он во сне. Последним мне припомнился разговор по телефону одного из наших родственников. Он связался с моим городом, откуда и сам был родом. Из его разговора можно было понять, что речь шла о лекарствах, которые он через меня должен был передать какому-то приятелю. Мой родственник должен был меня проводить до поезда, но у него были какие-то неотложные дела, и он взял одну из моих сумок, уехал раньше, пообещав поднести ее к вагону. Я забыла о маленьких помехах, спокойно подъезжала к последней остановке. Электричка остановилась. Выхожу и вдруг слышу громкое объявление:
    —  Метро «Балтийское» по техническим причинам не работает!
    Что значит не работает? Словно стрела, меня прошила мысль, которую невозможно уже было отбросить — меня явно останавливал Господь в третий раз!
    Первые два препятствия четко вырисовывались. Сомнений уже не могло быть, но человеческое упрямство брало верх. Внутри меня шла борьба. С одной стороны, меня, по неизвестной для меня причине, останавливал Господь. Я это понимала, а с другой стороны я себе говорила: «А как же не ехать!» В висках учащенно бился пульс. Электрички прибывали и прибывали. Собралась масса народа.
    Позже я размышляла и говорила себе:
    —  Какой же мы упрямый народ. Бог порой нам через обстоятельства прямо говорит: «Нельзя!», а нам все еще хочется сделать по-своему.
    Вот и теперь я понимаю, что по какой-то причине не советует мне Господь сегодня ехать домой, но все же с большим огорчением я говорю: «Господи, Господи ну почему? Как же это так, в руках билет, а возле вагона меня ожидает родственник с сумкой и я почему-то должна не ехать?!»
    —  Господи! — восклицаю я, и тут же бросаюсь просить водителей частных машин, во имя Господа отвезти меня на вокзал, объясняя ситуацию.
    Для них моя просьба была странной. Денег, чтобы взять такси, у меня не было, а в троллейбус не пробиться. Пока я металась в раздумьях и пыталась что-то предпринять, многие разъехались. Время в запасе еще оставалось и на поезд можно было успеть. Один молодой человек помог мне втиснуться в троллейбус. На одной из остановок я поспешила в метро. Добираясь до Московского вокзала, меня не покидала мысль, что неспроста я сегодня имела три препятствия, а особенно третье — не давало мне покоя. И вот я, наконец, у цели. Осталось чуть-чуть, чтобы успокоиться.
    И вдруг, спускаясь по эскалатору, слышу: «Проход к поездам закрыт, проход через Площадь Восстания».
    —  Все! — подумала я. — Четвертое препятствие стало для меня повелением от Бога.
    Я перестала с Ним спорить и смирилась с тем, что дальше не двинусь с места. Отойдя в сторону, чтобы не мешать спешить другим, я остановилась, пытаясь увидеть или понять волю Бога в сложившихся обстоятельствах. Подняв глаза к верху, я тихонько спрашиваю:
    —  Ну почему, ну почему, мой Боже?!
    Там, возле вагона, меня ожидали мой родственник и племянница, — и не дождались. Уставшая и расстроенная, я тащила за собой тележку. В кассе сдала билет и возвратилась домой к детям. Они уже знали, что я не уехала. Я позвонила в дверь, ее открыла дочь.
    —  Не знаю, доченька, почему Господь мне не позволил сегодня уехать, но вижу Его явное вмешательство, — сказала я.
    —  Мамочка, давай будем все принимать как от Господа. Он откроет нам свои планы, — успокаивала она меня.

Ваша оценка: Нет Средняя: 5 (2 голоса)

Обратная связь | Использование материалов | Для правообладателей Copyright © 2010 - 2015 - Literator.org.  Все права защищены.