Спасибо, мама.

Олег Борей
Новелла "Спасибо, мама".

по специальности?
— Журналист.
— Прекрасно! Так вот, я же не учу вас, как правильно делать репортажи, брать интервью... Почему вы считаете, что понимаете в гинекологии больше меня?
— Валентина Григорьевна, я не учу вас. Я не оспариваю вашу квалификацию, но я, а не вы, мать! И я не хочу своего ребёнка называть ни плодом, ни эмбрионом и никак иначе. Это мой малыш, и я уже не чаю в нём души.
Брови врача удивлённо взлетели вверх.
— Свиридова, вы это серьёзно?
— Вполне.
— То есть вы считаете, что аборт — это убийство?
— А вы так не считаете?
— Нет. Я считаю убийством только насилие по отношению к тому, кто уже родился.
— А что значит «родился»?
— Что за вопрос? Вам же не пять лет, — возмутилась врач. — Родился — значит прошел по родовым путям и появился на свет.
— То есть, — уточнила Мария, — если ребёнок внутри, то он плод, а если снаружи — он ребёнок?
— Ну, примерно так, — доктор замялась. — Но еще зависит от срока беременности.
— А какой срок беременности, по-вашему, переводит плод в ранг ребёнка?
— Вообще-то до родов мы определяем ребёнка как плод. Но я считаю, что плод становится ребёнком, ну скажем, после двенадцати недель.
— Доктор, но чем отличается ребёнок на сроке одиннадцать недель от ребёнка на сроке тринадцать недель?
— Ну, хотя бы тем, что после 12 недель аборт считается не рекомендуемым.
— Кем?
— Кем – кем... медициной! Свиридова, тебе не кажется, что ты ведешь себя беспардонно, — грубо ответила гинеколог, перейдя на «ты». — Это ты у меня на приёме, а не я у тебя. Если для тебя моё мнение неавторитетно, поищи другого врача!
— Если ваши рекомендации заключены только в одном — в аборте, они меня не интересуют.
— Тогда я тебя не задерживаю, — врач резко указала рукой на дверь.
— Всего доброго, Валентина Григорьевна.
Маша вышла из кабинета.
— Ты еще ко мне вернёшься, — процедила ей вслед сквозь зубы врач.
Мария медленно шла по улице. Она пыталась разобраться в ситуации и в своих чувствах. Итак, Бог сотворил чудо, позволил ей забеременеть. Но Он тут же поставил Марию перед выбором – кому  жить дальше на этой земле: ей или ребёнку, которому Господь позволил появиться в этом мире. Все окружающие её люди в один голос кричат о необходимости аборта, а она считает, что у малыша больше прав на жизнь, а значит, ни о каком аборте не может быть и речи. Как быть? Здравый смысл, мудрость этого мира призывают оценить жизнь матери выше жизни ребёнка и убить малыша. Логика же веры говорит, что раз Бог позволил этому ребёнку зачаться, значит, у Него есть планы на жизнь нового человечка. Если же при этом ей суждено погибнуть, значит, она, Мария, рождением этого ребёнка исчерпает свою миссию на земле и может спокойно уходить в вечность. А то, что все вокруг, включая её мужа Сергея, в один голос твердят о том, что ребёночка надо убить, лишь подтверждает, насколько силы тьмы не желают его рождения.
Мария улыбнулась, положила ладони на живот и ласково сказала:
— Не бойся, моя девочка, я никому не дам тебя в обиду, я готова пожертвовать собой, но ты будешь жить.
Маша почему-то не сомневалась, что это девочка. Она так и шла, держа руки на животе. Со счастливой улыбкой на лице, не замечая удивлённых взглядов прохожих.
 
Глава 7
 
Шёл пятый месяц беременности. Мария закончила редактировать текст вечернего выпуска новостей. День был очень напряженным, впрочем, как и последние две недели. Начался период отпусков, половина сотрудников канала отправилась на отдых, а оставшиеся работали за двоих, предвкушая скорый отпуск.
Мария проводила на работе большую часть своего времени, иногда даже в ущерб сна. Сегодня был такой же тяжелый, изнурительный день.
Когда Мария перечитывала текст на мониторе компьютера, её сердце внезапно сделало мягкий, но пугающий своей пустотой сбой. По телу прошла волна слабости. Горло неприятно сжалось. Маша не испугалась, но всё же ощутила лёгкую панику. Она  попыталась нащупать пульс, но не смогла найти на руке пульсирующую жилку. Через пару минут сердце билось ровно. Маша попыталась успокоиться, как вдруг ощутила, что сердце просто перестало биться; и хотя это длилось всего пару секунд, Маша почувствовала, как холод смерти проник в каждую клеточку её организма.
— Боже, только не это! — взмолилась она.
На этот раз страх сковал её всю. Она очень испугалась, но не за себя.
— Господи, только не сейчас! Моей малышке не выжить! Прошу Тебя!!!
Мария откинулась на спинку кресла, чувствуя горечь во рту. В этот момент в комнату вошла ведущая вечернего выпуска новостей Ирина. Она только взглянула на Машу и тут же выскочила в коридор и стала звать на помощь. Захлопали двери кабинетов.
— Быстро скорую! — завопила Ирина.
Кто-то набирал «03», кто-то брызгал водой в лицо Маши, кто-то махал перед лицом журналом, стараясь увеличить поток

Ваша оценка: Нет Средняя: 4.9 (886 голосов)

Обратная связь | Использование материалов | Для правообладателей Copyright © 2010 - 2015 - Literator.org.  Все права защищены.