Вифезда

Олег Борей

Часть 1
 
«Есть же в Иерусалиме у Овечьих ворот купальня, называемая по-еврейски Вифезда, при которой было пять крытых ходов. В них лежало великое множество больных, слепых, хромых, иссохших, ожидающих движения воды, ибо Ангел Господень по временам сходил в купальню и возмущал воду, и кто первый входил в нее по возмущении воды, тот выздоравливал, какою бы ни был одержим болезнью. Тут был человек, находившийся в болезни тридцать восемь лет. Иисус, увидев его лежащего и узнав, что он лежит уже долгое время, говорит ему: хочешь ли быть здоров? Больной отвечал Ему: так, Господи; но не имею человека, который опустил бы меня в купальню, когда возмутится вода; когда же я прихожу, другой уже сходит прежде меня. Иисус говорит ему: встань, возьми постель твою и ходи. И он тотчас выздоровел, и взял постель свою и пошел. Было же это в день субботний» (Ин.5:2-9)
 «…  потом явился более нежели пятистам братий в одно время, из которых большая часть доныне в живых, а некоторые и почили …» (1Кор.15:6).
 
Вот уже несколько дней Ионафан не вставал с постели. Он забывался тревожным сном, в голове проносились какие-то образы, и все заканчивалось одной и той же картиной – Голгофа, на ней три креста, на среднем умирает Он. Ионафан что-то пытается кричать, но горло, будто забитое пылью, не может издать ни звука. Ионафан беспомощно оглядывается по сторонам, его губы шепчут какие-то слова, а вокруг видны перекошенные от злости лица, выкрикивающие проклятия рты и налитые кровью и полные ненависти глаза. Ионафан вновь и вновь пытается закричать: «Остановитесь! Это же Иисус!!!» Но губы безмолвно шевелятся, как у рыбы вытащенной из воды. Тогда Ионафан пытается бежать к Кресту, чтобы помочь Господу, но воздух был вязкий и липкий, а ноги становились тяжелыми и, казалось, прирастали к земле. Так он и стоял беспомощный и завывал от душевной боли. В этот момент сон отступал… Ионафан лежал в своей постели весь мокрый от слез и со стоном, уже наяву, шептал: «За что, за что, за что…» Ему казалась дикой сама мысль, что могли убить такого Человека. Это был не просто Человек, в Израиле Он стал надеждой для многих подобных Ионафану. Общество полностью отторгает тех, кто ему не нужен. Религия пытается помочь, потом разводит руками и поворачивается спиной. Сколько таких священнических спин видел Ионафан. Сначала они говорят слова поддержки кроткими голосами, потом начинают на тебя раздражаться и обвинять в недоверии Богу, а потом и вовсе обходят стороной и не смотрят в твою сторону. Этим Ионафан был сыт по горло…
Прошло чуть больше года, а кажется минула вечность…
А началась его история очень давно. Ионафан мысленно перенесся на 39 лет назад. «Сколько мне тогда было? Лет 5, не больше». Ионафан смутно помнил происшедшее, но детская память четко зафиксировала картинку: старший брат Иаков отталкивает его, Ионафан падает, а на земле лежал тот роковой камень, торчащий острием вверх. Ионафан помнил вспышку резкой боли, а потом темнота… Иаков, увидев бледное, неподвижное тело брата, подумал, что убил его, испугался и убежал, никому ничего не сказав. Ионафан так и пролежал на обочине дороги без сознания еще больше часа, пока его не увидел пастух. Когда Ионафана принесли домой, он был всё еще без сознания. Лекарь, осмотрев бесчувственное тело ребенка, печально покачал головой:
- Надо воздать хвалу Всевышнему, что мальчик без сознания, иначе он давно умер бы от боли. У него переломан позвоночник.
Мать зарыдала, закрыв лицо ладонями. Отец посмотрел на лекаря тяжелым взглядом и спросил:
- Как это могло случиться?
Тот пожал плечами:
- То ли сам упал, то ли кто толкнул…
Отец покрутил головой и позвал:
- Иаков!.. Где этот мальчишка?! Я же приказал ему смотреть за братом.
Иаков вернулся домой под вечер и сделал вид, что ничего не знает, сказал, что бегал к друзьям в соседний поселок. К этому времени Ионафан пришел в сознание, но не смог пошевелиться, так как был плотно привязан к доске.
- Лежи, сынок, - тихо сказала мама.
Ионафан посмотрел на неё – её лицо опухло от слёз, которые беспрерывно вытекали из уголков глаз.
- Мама, не плачь, - слабым голосом проговорил мальчик.
- Маленький мой, как же это произошло? – уткнувшись мокрым лицом в личико Ионафана, прошептала мать.
Ионафан всё прекрасно помнил. Помнил гневное лицо Иакова, его толчок… Он понимал, что ждет Иакова, расскажи он, как всё было. Ему стало жаль брата, и он сказал:
- Я упал… Потом было больно…
Он не выдал брата и потом, когда долгие месяцы, изнемогая от боли, плакал и по-детски молил Бога помочь ему. Не выдал и в тот день, когда Иаков наклонился к нему и злобно прошептал:
- Если расскажешь родителям – убью! Ночью задушу! Понял?
Ионафан с того дня старался не смотреть на брата, чтобы даже взглядом не выдать его. И вовсе не потому, что он боялся угроз брата. Нет, ему по-прежнему

Ваша оценка: Нет Средняя: 4.9 (9 голосов)

Обратная связь | Использование материалов | Для правообладателей Copyright © 2010 - 2015 - Literator.org.  Все права защищены.